суббота, 17 сентября 2011 г.

Золотой сентябрь





Сегодня очередная годовщина "Золотого сентября". В этом году мне нечем помянуть этот день (два месяца очень плотно занята совсем другим), кроме как дать ссылку на уже размещенную в этом блоге статью и опубликовать здесь еще одну - очень старую, вышедшую в "Зеркале недели" в апреле 2008 г.









«Катынь». Примечания зрителя

Светлана Филонова «Зеркало недели» №14, 12 апреля 2008, 00:00


В этом году 13 апреля исполняется ровно 65 лет с тех пор, как поляки впервые услышали страшное слово «Катынь». Volens nolens украинцы не остались непричастными к дням польской скорбной памяти — в рамках Дней польского кино во Львове, в Киеве, Харькове и Одессе в течение апреля они увидят последний фильм Анджея Вайды «Катынь. Post mortem». Стараниями польских посольств единичные просмотры фильма уже были организованы в Беларуси и России. И рецензенты забеспокоились: фильм-де труден для понимания не польского зрителя. Там такого наворочено, что не каждый поляк разберется!

Трудности возникнуть могут, согласна; но не эстетического порядка — символика «Катыни» на редкость прозрачна. Все зависит от того, насколько мы готовы понять самих себя, разобраться в истории своей страны (теперь уже — стран).

Два потока беженцев движутся навстречу друг другу. «Люди, куда вы?! Там за нами немцы!» — кричат в одном. «Советы вошли!» — раздается отчаянный крик тех, кто бежит навстречу. Это — начало «Катыни», в кавычках и без.

воскресенье, 11 сентября 2011 г.

Памяти Станислава Микке, погибшего в авиакатастрофе под Смоленском 10.04.2010


Эта статья была написана год назад. Мне трудно объяснить, почему за это время я не сделала практически ничего для того, чтобы ее опубликовать. Еще труднее объяснить, почему три недели назад я решила все-таки это сделать и отдала ее на сайт «Права человека в Украине».  http://khpg.org/index.php?id=1309319849 Но было так, как было.




Я жив. Со мной ничего не может случиться
Пока человек жив, мы редко задумываемся над тем, какое влияние он оказывает на все, что происходит с нами и внутри нас. Да это и невозможно – определить его место в густой паутине ежедневных событий, зафиксировать все импульсы, которые приходят к нам от него, или через него. И только когда он уходит, на нас обрушивается банальная, в принципе, истина о неразрывной целостности всего сущего. Отлаженный механизм нашей жизни начинает давать сбой в самых неожиданных местах; все идет не так, случается то, чего не должно быть, не происходит того, на что надеялись. И все потому, что из конструкции, которую мы так старательно строили и частью которой сами являемся, исчезло всего лишь одно звено.
Нам пришлось бы со смертью каждого близкого человека строить жизнь заново, если бы не память. Она делает прошлое сущим.