воскресенье, 27 февраля 2011 г.

"Черный четверг" на экранах польских кинотеатров







Прошедшая неделя в Польше была неделей триумфального шествия фильма Антония Краузе «Черный четверг» на широкий экран. Премьера в Театре Польском в Варшаве, которая началась с панегирика Дональда Туска, затем показ в Сейме, еще несколько торжественных премьер в разных городах Польши с участием автора фильма и культовых лиц «Солидарности».
Говорят, что в Театре Польском зрители после просмотра аплодировали стоя; говорят, что «Черный четверг» - это лучшее, что снято о ПНР за период с 1989 г., говорят, что фильм необычайно верен исторической правде и на удивление точно передает атмосферу тех лет. Я фильм пока не видела. Но пройти мимо факта его появления на свет никак не могла. Мой блог, по сути дела, начался со статьи, разбитой на три части - Декабрь -1970(1), Декабрь-1970 (2) и Декабрь-1970 (3), - о тех же событиях, о которых повествует фильм. Позднее, так сказать, для комплекта я добавила статью «Польский декабрь». Так что мы друг другу не совсем чужие.
Странно, но за всю неделю я не нашла ни одной серьезной, профессиональной рецензии. Поэтому в порядке приобщения к празднику на параллельной улице размещаю интервью, которое Антоний Краузе дал корреспонденту Польского Радио Петру Дмитровичу за пару месяцев до выхода фильма.


Почему Вы решили снять фильм о декабрьской расправе над бастующими?
А.К. Когда мне предложили сделать фильм о Декабре 1970, я не колебался ни минуты. Это было наиболее быстро принятое решение во всей моей профессиональной жизни. Я знал, что эта история требует выяснения. У меня были и личные воспоминания. Через две недели после того, как армия стреляли в рабочих, я оказался в Гданьске. Помню сожженное здание Областного комитета партии и разлитый в воздухе запах дыма. Мне казалось, что еще чувствовался запах слезоточивого газа, которым милиция разгоняла протестующих рабочих. Все это осталось в моей памяти.

О чем этот фильм?
Ф.К. Это фильм о том, что происходило с 13 по 20 декабря 1970 года в Гдыне (…) В фильме появляется Гомулка, Циранкевич, но это история, рассказанная с позиции жертв, а не преследователей. Мы старались избегать ситуаций, когда камера находится среди милиционеров, или солдат. Мы хотели показать декабрьские события объективно, но со стороны людей, которые стали жертвами агрессии милиция и военных.
Поскольку это фильм художественный, сценаристы Мирослав Пепка и Михал Пруски из тех, кто погиб 17 декабря, выбрали одного человека. Фильм рассказывает историю Брунона Дрывы и его семьи.

Почему выбор пал именно на него?
Ф.К  Большинство погибших были очень молоды. Им было по 19-20 лет. Сценаристы выбрали самого старшего. Ему было 34 года, он оставил жену и трех маленьких детей. Его смерть поставила семью в чрезвычайно трудную ситуацию.
(…)
Мы хотели показать то, что тогда случилось, как можно более правдиво. Я старался использовать то, что рассказывала семья Брунона Дрывы – вдова и трое детей.
В последний день мы снимали сцену похорон нашего героя на одном из кладбищ Гдыни. Рядом со съемочной площадкой я увидел его сына, Романа Дрыву, с которым был уже знаком. Он был с какой-то женщиной. Оказалось, что это его сестра, самая младшая. Она не участвовала в похоронах, и вот теперь Роман специально привез ее на съемки, чтобы она могла увидеть, как хоронили их отца. Более высокой оценки своей работы я не могу даже вообразить.

Вы не боитесь, что у молодых зрителей могут возникнуть проблемы с пониманием истории, представленной в «Черном четверге»?
А. К. Думаю, что молодые люди, выросшие в свободной Польше, могут иметь проблемы с пониманием некоторых нюансов, но не самих событий. Конечно, решения, которые принимали тогдашние власти, понять трудно. Даже сегодня не понятно, как можно было отдать приказ стрелять в людей. Режиссируя этот фильм,  я часто не мог отделаться от ощущения, что снимаю триллер. Речь о том, что делали коммунисты в процессе подавления протестов на Побережье, как они пробовали скрыть правду об убийстве людей. Это было что-то из цикла рассказов о Дракуле. Преследования, ночные визиты, ночные похороны убитых. Выключение электричества, окружение кладбищ силами СБ. Все это создавала впечатление, что кто-то ошалел. А потом эти страшные годы, когда за попытку рассказать, вспомнить о том, что случилось, людей попросту преследовали.
То, что составляет сущность этого фильма, это правда и память о том, как это было. Правда и память – это два наиважнейших атрибута свободы, которых тогда не было.

пятница, 25 февраля 2011 г.

А, Б, Ц и шимпанзе в диспетчерской


  
До сих пор я не позволяла себе высказываться на тему расследований обстоятельств смоленской авиакатастрофы. Для меня даже зонтик – очень сложная техника,  а что означает красивое слово «глиссада», я впервые узнала после смоленской катастрофы и в связи с ней. Поэтому я внимательно следила за всем что пишут на эту тему другие, по мере сил знакомила в своем блоге с наиболее значительными публикациями польских СМИ, но сама статей не писала. Однако недавняя пресс-конференция российских экспертов в сфере авиации, посвященная расследованию обстоятельств смоленской авиакатастрофы, меня вдохновила.
Польские эксперты в ней не участвовали. Организаторы объясняли это тем, что идея пресс-конференции возникла накануне вечером (проходила она утром, в 11 часов по московскому времени и в 9 по варшавскому), и поляков пригласить просто не успели. Почему возникла такая спешка, никто не понял. Ведь ничего нового, и уж тем болем сенсационного, на конференции не прозвучало. Все то же самое, что уже было озвучено МАК и многократно повторено СМИ. Ну, разве что высказывание Олега Смирнова, президента Фонда развития инфраструктуры воздушного транспорта "Партнер гражданской авиации". Цитирую:  "Если бы в аэропорту Смоленска не было ни одного диспетчера, а вместо него там была бы шимпанзе... даже этот абсурд не мог бы привести к катастрофе". Фраза тут же стала крылатой. И все-таки не она послужила непосредственной инспирацией.
За несколько секунд до этого тот же оратор обратился к аудитории со следующим вопросом: кто из вас согласился бы лететь в Сочи или Петербург, зная, что экипаж самолета так плохо обучен? И вот тут как-то само собой на полную мощность включилось воображение.
Действительно, представьте себе, что вы, не президент и не представитель политической элиты, а рядовой, так сказать, гражданин, с женой (мужем) и детишками летите из пункта А в пункт Б. Утро солнечное, ясное, аэропорт назначения принимает. На самом деле, там, в этом пункте Б, свинцовый туман, шторм, ураган, громы и молнии. Но вы об этом не знаете. Потому что информацию о погоде сообщают не вам, доверчивому путешественнику, а в некий таинственный пункт Ц. Не из вредности. В пункте Б хорошие люди и по-человечески они бы вас предупредили, но – нет такой возможности. Мало того,  в пункте Б о вас тоже практически ничего не известно.

- Подскажите, у Вас на счет поляков никакой информации нет?
- А вот такой телефончик запишите – *** ** **. Это главный центр УВД, там наверно должны знать, вылетел, не вылетел
(…)
-Наташ
- Да, товарищ командир
-Ну я попросил это (неразб) оперативного «Логики» по одному телефону выйти московскому. Он вышел, говорит «пока не вылетал». А там, правда-неправда

Это из записей разговоров в диспетчерской аэропорта «Смоленск-Северный», опубликованных на официальном сайте МАК. Не читали? Зря. Захватывающее чтиво, несмотря на то, что многие детали, разумеется, доступны только профессионалам.
            Итак, в тот момент, когда Туполев с польским президентом на борту вылетал из Варшавы, туман над Смоленском уже сгущался.

            - Полковник Краснокутский. Оперативному дайте трубочку. А, вы оперативный, я сам тут задергался. Значит Смоленск закрыло. Туман. Не знаю, пока не готов, в прогнозе его не было, вот за 20 минут все закрыло, сейчас Фролова отправляем на запасной в Тверь… Ну что делать, ничего не сделаешь, он зайти… А?... Но видимость уже 500 метров, даже меньше, вот сейчас даже 300 метров вот зашел вообше. Смысла ждать больше нет, у него остаток 20 тонн, он уйдет на Тверь, Сыпко я позвонил. У меня вопрос какой, по моим данным Тушка вылетает польская, они к нам не запрашиваются, они сами летят, надо им передать, что нас закрыло…

-  Пожалуйста, еще раз оперативного… Плюскин. Нужно как-то выйти на главный центр, чтобы основному поляку, алло, передали, во-первых, чтобы он был, чтобы он был готов к уходу на запасной, вот уточнить, сколько у него топлива, потому что он по- русски  практически не понимает ничего… А. Хорошо (,,,) Значит, главный центр в курсе, что у нас погоды нет, и они будут своё решение принимать, возможно, сразу на Внуково уйдет (неразб)

            Еще через полчаса.

-  Алло, добрый день. С «Северного» беспокоят. Под чьим управлением идет сейчас польский борт?.. Ну им надо передать, пока они работают нормально, блин, что у нас туман, видимость менее 400 метров, чего его к нам сейчас-то гнать?
Ну передайте еще Москве, у Вас есть связь, у нас с ними нет, сейчас выйдет, если он еще и русский не знает, блин, это будет вообще

            Как я уже сказала, эти записи МАК опубликовал на своем сайте после того, как в начале февраля польская комиссия по расследования причин авиакатастрофы их обнародовала на пресс-конференции, но почему-то не разместила в Интернете. Поляки утверждают, что получили их вполне законным путем, особенно не распространяясь, каким именно. К МАК с просьбой предоставить аудио- и видеозаписи, регистрировавшие работу диспетчеров в день катастрофы, поляки обращались еще в мае 2010г. 10 апреля в смоленском аэропорту должны были действовать магнитофоны, фотоприставки и видеокамера.  Польские эксперты получили две  магнитофонные кассеты. На одной из них оказались записи, относящиеся к октябрю-ноябрю 2009 года, а на второй качество записи было настолько низким, что можно считать, что его не было вообще. Когда попытались просмотреть видеокассету, оказалось, что она пуста, поскольку вышли из строя приводы, соединяющие камеру и магнитофон. Фотографии также не сохранились. Фотопленка оказалась некачественной. К таким выводам пришел МАК по результатам своих анализов, о чем и заявил без гордости, конечно, но и без излишней застенчивости.  Как о чем-то, что случалось, случается и будет случаться, и ничего тут такого особенного.
            Не был ли туман над Смоленском искусственным, как заявляют отдельные неврастеники?  Могу повторить только то, что сказала в самом начале: не мне судить при полном отсутствии компетентности. По данным проведенного в конце января соцопроса 48 процентов поляков считают версию покушения правдоподобной, 2 процента не имеют на сей счет своего мнения, и 50 процентов (все-таки большинство!) считают подобные мысли вздором. Любопытно, если бы подобный опрос провели в России, сколько процентов граждан оказались бы склонными верить в теорию покушения? Если по Фрейду, то все сто. Потому что искусственного тумана, как ни крути, на всех летящих из пункта А в пункт Б не хватит. А вот если туман был вполне натуральный, природный, а метеослужбы не в состоянии были его предсказать ни за сутки, ни даже за пару часов; если диспетчеры так беспомощны, что вместо них спокойно можно посадить шимпанзе, а в диспетчерской не работает даже кипятильник, и за весь этот вездесущий, всепроникающий бардак с таинственными центрами, которые якобы им руководят в густом тумане тотальной секретности, никто, ровным счетом никто не несет никакой ответственности…
            Ну а в остальном,  все правильно. Польские пилоты действительно совершили много ошибок, визит действительно был организован из рук вон плохо. И с этим давно уже никто не спорит. Полякам хватило мужества принять эту горькую правду, и оргвыводы на всех уровнях уже делаются.
            Что касается России, то говорить о ее ответственности кощунственно. Россия  виноватой не бывает, потому что не бывает никогда. Это доказано. И даже если из всех русскоязычных СМИ убрать профессиональных журналистов и посадить на их место шимпанзе, даже этот абсурд не мог бы привести к изменению общественного мнения. Так что счастливых вам полетов!



четверг, 24 февраля 2011 г.

Неизвестный фильм с места смоленской катастрофы в польском Сейме. Послесловие.


Заседание парламентской комиссии по расследованию причин смоленской авиакатастрофы таки состоялось, и депутаты посмотрели материал, отснятый монтажером польского ТВ Сдавомиром Вищневским. Но, как я и подозревала, ничего нового там не было. Трудно вообразить, что телевизионщик почти год держит где-то в тумбочке  сенсационные записи. В основном это фильмы, давным-давно размещенные в Сети.
            Славомир Вищневский в передаче «Гость радио ZET» сказал примерно следующее:
- У меня действительно есть материалы, которые действительно были сняты там (на месте катастрофы – С.Ф.) и о которых, в принципе, все знают уже давно. Именно мои материалы использовала комиссия Миллера, потом эта погода, этот злосчастный туман, этот фрагмент, который обошел весь мир – с места катастрофы; потом дополнительные материалы, снятые на следующий день и позже, чтобы иметь возможность сравнить погоду… Мне кажется, что кто-то здесь немного напутал. Скорее всего, Бартоломей Мищевич, которому – уж я не знаю, откуда и как, - пришла в голову гениальная идея сказать, что у меня есть до сих пор не известный, не понятно как и не понятно где собранный материал. Насколько я помню, я сказал ему, что у меня есть материалы, которые я возьму в Сейм, чтобы было на что опереться, когда я буду отвечать на конкретные вопросы, в порядке подтверждения моих слов, а не какой-то там сенсации…

Что ж, очень жаль. Подобные «ляпы» снижают доверие к комиссии Мачеревича, а это никак не на пользу общему делу.
По-хорошему вчерашний пост следовало бы просто уничтожить. Но статистика говорит, что сам фильм, ссылки на который там даны, многим интересен, хоть он и не нов. Значит пусть остается и пост (до последнего зрителя).

Сегодняшние польские газеты и новостные сайты полны сообщениями об еще одном видеофильме, на сей раз действительно не известном ранее, который находится в распоряжении прокуратуры. Он снят перед отлетом президентского самолета в Смоленск в варшавском аэропорту Океньче. На пленке виден «эмоциональный» разговор генерала Анджея Бласика и командира экипажа Ту-154М капитана Аркадиуша Протасюка.
Репортеры TVN24  установили, что спор возник из-за того, что Аркадиуш Протасюк не хотел вылетать, не получив информации о погоде в Смоленске. То, что самолет все-таки поднялся в воздух, не зная, что над Смоленском уже сгущается туман, - факт давно и всем известный. Но как репортеры TVN24 узнали, что генерал Бласик и капитан Протасюк говорили именно об этом, лично мне не понятно. Фильм «немой», камера почему-то не зафиксировала звука.
Наученные горьким опытом неизвестного фильма в Сейме, подождем, пока мнение коллег кто-нибудь подтвердит, или опровергнет.

 

Неизвестный фильм с места смоленской катастрофы в польском Сейме

Парламентская группа Антония Мачеревича познакомится с неизвестной кинозаписью с места смоленской катастрофы.
Автор съемки – монтажер Польского Телевидения Славомир Вищневский. Ему удалось попасть на место трагедии через несколько минут после того, как самолет упал на землю.
Эти новые материалы будут представлены во время очередного заседания парламентской группы по расследованию причин катастрофы Ту-154М, как сообщил член группы Бартоломей Мищевич. Заседание будет открытым для журналистов.
Вищневский, по словам Мищевича, должен показать обширный, часовой киноматериал с места катастрофы и два небольших, на несколько минут, ролика, один из которых никогда прежде не демонстрировался. Автор ответит также на вопросы депутатов.


Небольшую часть этих материалов можете увидеть и вы, причем прямо сейчас, не дожидаясь заседания парламентской группы. Хотя должна предупредить: ничего сенсационного лично я там не увидела.
Сделать это можно двумя способами
  1. Простейший – перейти по этой ссылке.

2. Для тех, кто не ищет легких путей
Перейти по другой ссылке.


Тут вы попадаете на сайт Польского Радио, перед вами – непонятный польский текст сообщения, которое я только что перевела, а внизу искомый квадратик видео

четверг, 17 февраля 2011 г.

Всемирный день Кота


Mea  culpa, mea culpa, mea maxima culpa! Только к вечеру я вспомнила, что сегодня Всемирный день Кота. Слабым оправданием, правда, может служить тот факт, что этот праздник в разных странах отмечают в разные дни. В России, например, 1 марта, в США – 29 октября, в Англии – 8 августа. И только в Италии и в Польше – 17 февраля. Но именно в этих двух странах, и только в них, День Кота – праздник очень популярный, почти как День святого Валентина.
Программа праздника обычно очень насыщенна – выставки, концерты, спектакли, игры для детей. Так, в этом году в Кракове произошло сражение с применением новейшего оружия – мотков шерстяных ниток. Бой длился пять минут, нитки убирали весь вечер. Кроме того - показы кошек элитных пород (в Польше это не называется кошачьими выставками), день открытых дверей в приютах для животных и многое, многое другое. Все средства, которые удается выручить в этот день, идут на оказание помощи котам-беспризорникам. Собственно, это основная цель праздника. Его девиз «Породистые – тем, кто живет на крыше».  Одному из тех, кто наиболее обеспокоен судьбой бездомных пушистиков, присуждается титул «Кошатник года». В 2007 году этого почетного звания был удостоен президент Польши Лех Качиньски. Кто станет главным польским кошатником в этом году, этого я пока не знаю, вероятно, церемония присуждения звания и вручения приза состоится поздно вечером. Внедрил этот праздник в жизнь поляков замечательный человек, главный редактор журнала «Кот» Войчех Альберт Курковски. Возможно, с ним мы еще встретимся.
А за сим всем белым и черным, рыжим и полосатым, покладистым и норовистым пушистикам и мурчикам здоровья и добрых людей в спутники жизни!
Совсем скоро мой кот Эстик начнет вести свой блог (идут последние приготовления).  Презентация состоится чуть позже, а пока в порядке анонса публикую в своем блоге несколько снимков-иллюстраций к его будущим постам.

Кошка Тито (Италия), удочерившая маленькую белку



 
Кот Пушкин дает аудиенцию Папе Римскому (фото с сайта Ратцингер-Информ)

И вновь об остове Ту-154М

Вчера на сайте Виртуальной Польши нашла такое вот сообщение:

Польские прокуроры отправили  россиянам запрос об оказании правовой помощи в деле о разрушении остова Туполева на месте катастрофы 10 апреля. Как стало известно Виртуальной Польше, продолжаются допросы свидетелей. Прокуратура также направила запрос о предоставлении оригинала записи авторам фильма, в котором видно, как разрезают остов и выбивают оконные стекла Ту-154М.
(...) 

- Не известно, кто отдал такое распоряжение и какие цели преследовались. У нас нет никаких домыслов. – Говорит Моника Левандовская,пресс-секретарь Окружной Прокуратуры в Варшаве. – Однако все это время продолжаются допросы свидетелей и выяснения данного вопроса. Левандовская подчернула, что прокуратура может сделать какие-то выводы только тогда, когда получит  ответ россиян.

суббота, 12 февраля 2011 г.

Кино про Смоленск


В начале прошедшей недели одно из польских информационных агентств – теперь уже не помню, какое именно, - сообщило о том, что некий Петр Матвейчик, пока никому не известный режиссер, снимает пятисерийный (!) игровой фильм «Прямо с неба». Через мгновение сообщение перепечатали сотни изданий в Польше и за рубежом. Еще ничто не обещает, что новый фильм будет шедевром, или по крайне мере, станет событием в мире кино. Но сообщение о нем вот уже несколько дней остается одним из самых читаемых и горячо обсуждаемых. Объяснить это можно  только одним -  высоким градусом общественного ожидания фильмов на эту тему. Видимо, пришла пора осмысления, рефлексий, обобщения, а стало быть, других, не газетных жанров.
«Rzeczpospolita», крупнейшая польская газета, очень хорошо сделала, собрав информацию обо всех фильмах о смоленской катастрофе, которые в скором времени выйдут на экран. Однако газета грозит всеми карами замли и преисподней за самовольное использование своих материалов, даже частичное. Поэтому просто перевести эту интересную статью я не могу. Остается только рассказать о наиболее интересном.
Итак, за исключением уже упомянутого «Прямо с неба» Петра Матвейчика, все они документально-публицистические. И это лично меня радует. Плохо я себе представляю актерские страсти, грим, спецэффекты и проч. в данной ситуации. Мне кажется, что куда драматичнее, эмоциональнее может прозвучать фильм Эвы Эварт «В молчании», в основе которого – интервью с родными и близкими погибших. TVN и TVN24 обещают показать этот фильм 7 апреля.
Эва Станкевич и Ян Поспешальский пошли, в сущности, тем же путем, но значительно дальше. Их масштабный проект предполагает создание 96 кинопортретов, т.е. всех погибших 10 апреля, созданных с помощью и при участии родных и близких. Фильм (скорее, все-таки серия фильмов) будет называться «Завещание». О дате завершения работы над ним пока ничего не сообщается.
Совершенно иным будет фильм Витольда Гадовского, известного журналиста, бывшего директора TVP1. Он будет снят в самом рискованном и трудоемком жанре журналистского расследования. Что ж, история знала много случаев, когда журналистам удавалось докопаться до того, что не удалось раскрыть прокуратуре. Пожелаем автору удачи.
О чем будет «Специальный рапорт», снимаемы по заказу Polsat, автор фильма  Виктор Батер пока раскрывать не хочет. И он, скорее всего, прав. Излишне разогревать зрительское воображение до премьеры – вещь опасная.
Ну и наконец, два фильмы, которые уже существуют – «Туман» Марии Длужевской и Иоанны Лиховскей и «Письмо из Польши» Мариуша Пилиса (этот последний был снят в Голландии и там же показан, но существует в польском варианте).Об этих фильмах "Rzeczpospolita" тоже пишет. Но лучше один раз увидеть, если есть такая возможность, чем сто раз услышать Я не выкладывала их в своем блоге, потому что считала бессмысленным предлагать русскоязычным людям фильмы на непонятном польском языке. Но с другой стороны, мое дело – найти и предложить, а уж там…
Ниже, двумя отдельными постами, вы найдете 1-e части фильмов "Письмо из Польши" и "Туман". Всего в фильме "Письмо из Польши" 5 частей, в "Тумане" - 4. Но попав на You Tube, вы легко найдете остальные, там это практически автоматически делается. Если все-таки возникнут сложности, но останется интерес к фильму, напишите - я выложу.

1-я часть фильма "Письмо из Польши" Katastrofa w Smoleńsku Film Dokumentalny holenderskiej TV PL-napisy 1z5


1-я часть фильма "Туман" MGŁA - Film dokumentalny o katastrofie w Smoleńsku cz. 1/4

понедельник, 7 февраля 2011 г.

Смоленско-московские новости



Сегодня из информационной ленты Польского Радио выудила три новости. И не одну из них нельзя назвать хорошей.  Начну с той, которая, в принципе, и не новость вовсе.
Диспетчеры из Смоленска будут вновь допрошены, -  уже не впервые сообщает Польское Радио, а вслед за ним многие информационные агентства в стране и за рубежом. Польские следователи уже давно добиваются того, чтобы диспетчеров еще раз допросили, и позволили им в этом допросе участвовать. Интерес к тому, что могли бы рассказать диспетчеры, в Польше огромен. И стал он таковым задолго до публикации записи их разговоров. Температура общественного нетерпения резко подскочила еще в ноябре, когда Польская Военная Прокуратура получила из Москвы официальное письмо, из которого явствовало, что поляки не могут использовать в своих расследованиях показания смоленских диспетчеров (данные еще в апреле, непосредственно после катастрофы) и должны считать их недействительными. Как это? – спросите вы. Понятия не имею. Говорят, кто-то что-то напутал при оформлении протокола.
Диспетчерская - сердце аэропорта Северный


Вторая новость совсем плохая, и наверное, многих в Польше всерьез опечалила. Останки Ту-154М в обозримом будущем в Польшу не вернуться. С самого начала поляки всеми доступными им способами просили и требовали: сделайте что-нибудь! Не оставляйте самолет под открытым небом. Ведь для них это не только ценнейший вещдок, но и реликвия. На нем кровь их соотечественников. Но остов самолета так и лежал под палящим солнцем и проливными дождями до самого октября. И только накануне приезда  жен двух президентов – Медведева и Коморовского, - страна поднатужилась и… нашла кусок брезента. Им заботливо укрыли то, что осталось от Туполева, и оросив остов административными и дипломатическими слезами, оставили зимовать. Когда МАК закончил свои расследования, многие надеялись, что теперь останки самолета можно будет забрать в Польшу. Начались дискуссии о том, где и как его лучше разместить. Но… Panowie, zadnych marzen!


Третья новость имеет happe end, поэтому приведу ее почти полностью, в том виде, в каком она появилась в новостях Виртуальной Польши.
Журналист Петр Фальковский и фоторепортер Марек Боравский были задержаны сотрудниками ФСБ в субботу под Москвой при исполнении служебных обязанностей. Они работали над материалом о ходе российского расследования причин катастрофы польского Ту-154М под Смоленском, - сообщает “Nasz Dziennik”.
Произошло это в подмосковном поселке Северный, на территории которого находится Командование Воск Военно-воздушной обороны, где находится оператор «Логика», с которым 10 апреля прошлого года держали связь полковник Николай Краснокутский, Павел Плюснин и Виктор Руженко (т.е. смоленские контролеры – С.Ф.)
 После пятичасового допроса журналистов отпустили, предварительно уничтожив весь отснятый материал.

PS Ну вот, пока искала картинки, одного – Павла Плюснина – уже допросили. И даже на самом деле с участием польских прокуроров. Но о том, что он сказал, мы, конечно, узнаем не скоро. Хотя…

пятница, 4 февраля 2011 г.


            Вопрос об освещении смоленского аэропорта возник практически с самого начала. Через неделю после катастрофы на сайте tvn24.pl были опубликованы снимки, на которых российские военные и милиционеры заменяют лампочки в прожекторах, указывающих самолетам положение стартовой полосы. Снимки были сделаны белорусским журналистом Сергеем Серебко через несколько часов после катастрофы.
Рапорт МАК должен был прояснить эту ситуацию. Однако из него мы узнаем только, что последняя проверка освещения производилась 10 апреля между 7.00 и 8.00 часами московского времени. И на тот момент все было исправно и готово к работе.
Как обстояли дела на момент катастрофы, неизвестно. Произвести проверку системы освещения в аэропорту «Северный» непосредственно после крушения Ту-154М было невозможно «из-за большой интенсивности полетов», - так сказано в рапорте МАК. Единственным самолетом, который приземлился в Смоленске после катастрофы, был Туполев с Владимиром Путиным на борту. Однако проверяли прожектора только на следующее утро, 11 апреля. Оказалось, что многие из них были неисправны. Но это, как считает МАК, не имело влияния на ход событий, повлекших за собой катастрофу.
Поляки в своих замечаниях к рапорту МАК иначе смотрят на этот вопрос, подтверждая свое мнение обширной фотографической документацией. Но МАК не счел должным учесть их мнение, равно как и 80 процентов всех польских замечаний к проекту своего рапорта.

Это фотография с блога Сергея Серебко. А вот ссылка на этот блог. 
Он там пишет то по-русски, то по-белорусски, поэтому читать трудновато. Но посмотреть снимки явно есть смысл.