среда, 23 марта 2011 г.

Не новые новости




 «Смоленск. Запись смерти» - так называется книга Михала  Кшимовского и Марчина Джежановского, которую с 22 марта могут купить польские читатели. В сущности, книга о том же, о чем и фильм «Туман» Марии Длужевской и Иоанны Лиховскей, снятый несколько месяцев назад, - о подготовке визитов двух первых лиц польского государства в Катынь и о том, почему они не полетели вместе; о том, как вели себя разные люди в первые часы после катастрофы, и о похоронах президентской четы на Вавеле. Но есть и нечто совершенно новое. В книге публикуется обширная переписка между Москвой и Варшавой в ходе подготовки визита, с которой явно до сих пор могли быть знакомы очень немногие.
Бесспорно, все, что так или иначе касается смоленской катастрофы, интересно и ценно. Но разочарованы будут те, кто надеялся найти в новой книге ответ на вопросы, которые по-прежнему остаются без ответа.
«Смоленское следствие застопорилось», - сообщает сайт Польского радио.
 Поскольку россияне не отвечают на просьбы отдать аппаратуру, регистрировавшую параметры рокового полета а также разговоры в кабине пилотов (то есть попросту черные ящики – С.Ф.), или хотя бы разрешить доступ к ней, следствие зашло в тупик, - сообщает «Rzeczpospolita». Следователи не в состоянии прийти к какому-то выводу прежде, чем исследуют регистраторы.
До сего момента Польша получила только копии записей и их стенограммы. Но этого недостаточно, поскольку для специалистов безусловно достоверным может быть исключительно непосредственный анализ регистрирующей аппаратуры.
Неделю тому назад официальное письмо по этому вопросу  направил Заместителю Генерального прокурора России Александру Звягинцеву Генеральный прокурор Польши Анджеей Серемет
.
Итак, суммируем. Наша птица-тройка мчится по замкнутому кругу и, как водится, не дает ответа.  Официальные «источники» в Польше тоже молчат – им просто нечего сказать, что стало понятно уже давно и без приведенной выше заметки. В последние недели те сотрудники информационных агентств, которые решили не оставлять тему смоленской трагедии, новости буквально высасывают из пальца, порой пытаясь выдать за сенсацию то, что в лучшем случае тянет на еще одну подробность давно известного. На опустевшем информационном поле остался только Ярослав Качиньский. Один за всех и без оппонентов.
«Почему русские ведут себя так, как будто им есть что скрывать?» - недоумевают простодушные европейцы, живущие  на запад от Польши. Почему – этого я не знаю. Но трудно спорить с тем, что за 11 с половиной месяцев со дня трагедии было сделано всё, чтобы зародить сомнения даже в самых доверчивых душах.
В понедельник Сюзанна Куртыка, вдова погибшего в авиакатастрофе президента Института Национальной Памяти Яноша Куртыки, от имени объединения «Катынские семьи 2010» отправила петицию в Европейский Парламент. В ней – призыв помочь польскому следствию по делу об обстоятельствах смоленской авиакатастрофы. К петиции приложены 400 тысяч подписей, собранных Анджеем Меляком под воззванием о создании международной следственной комиссии.
Вряд ли это будет иметь практические последствия, во всяком случае, в ближайшем будущем. Еще в январе Мануэль Боррозу сказал, что с юридической точки зрения не существует широких возможностей для участия европейских институтов в этом деле. Однако, согласитесь, число подписей впечатляет.

3 комментария:

  1. Удивляет та кощунственность и лицемерие первых лиц Российского государства, которые, при такой непрозрачности за которую они несут прямую ответственность, в часности: препятствие следствию следственным органам субъкта международного права, по очереди же предлагают открыть безвизовое пространнство и с Европой, и с Америкой.

    ОтветитьУдалить
  2. Кремль не делает вид, а скрывает!
    Я удивляюсь, где "международное сообщество"?
    Почему ни кто не хочет разобраться в чём дело? Им то что бояться?

    ОтветитьУдалить
  3. "Кремль" не делает вид, а скрывает!
    Я удивляюсь,- где "международное сообщество"? Почему никто не хочет разобраться в чём дело? Им-то что бояться?

    ОтветитьУдалить